Регистрация средства массовой информации Эл №77 - 8262
Бирюков Юрий Станиславович - первый заместитель генерального прокурора РФ
С самого начала
Родился во г.Львове Украинской ССР в 1948 году.
В 1975 г. окончил Свердловский юридический институт.
В 1963-1969 гг. учился в Донецком политехническом техникуме, работал на Макеевском коксохимическом
заводе в городе Макеевке Донецкой области.
В 1969-1971 гг. служил в армии.
В 1975 г., после окончания института, был назначен следователем прокуратуры Абайского района города
Чимкента в Казахстане, но в том же году переведен в Свердловскую область.
В 1975-1979 гг. - старший следователь прокуратуры города Асбеста Свердловской области.
В 1979-1980 гг. - заместитель прокурора Асбеста.
В 1980 переехал в Калмыкию и занял пост замначальником следственного отдела республиканской
прокуратуры.
В 1980-1982 гг. - транспортный прокурор г.Элисты.
В 1982-1997 гг. - прокурор Элисты.
В 1997-2000 гг. - заместитель начальника, затем начальник Главного управления Генеральной прокуратуры
Российской Федерации по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности и межнациональных
отношениях на Северном Кавказе.
С 7 июня 2000 г. - первый заместитель генерального прокурора РФ.
Война с прессой, СМИ обвиняют...
В 1999 г. был публично обвинен в том, что фактически способствовал убийству журналистки Ларисы
Юдиной. Не желая ссориться с президентом Илюмжиновым - главным оппонентом Юдиной, - не
предпринимал никаких мер, чтобы защитить ее, а потом, уже после убийства, перейдя в главк по Северному
Кавказу, "оказывал давление на следственную бригаду, чтобы в отношении организаторов преступления
были "отрублены концы", а на скамье подсудимых оказались лишь исполнители". (Сведения из статьи
А.Хинштейна в МК от 6 декабря 2001)
В декабре 2001 года комиссия по борьбе с коррупцией Государственной Думы едва не провела в
парламенте обращение к президенту с предложением отправить в отставку генерального прокурора РФ
Владимира Устинова и его заместителя Бирюкова за невыполнение возложенных на них обязанностей.
19 апреля 2002 г. Пресненский межмуниципальный суд столицы удовлетворил иск Бирюкова к журналисту
Александру Хинштейну и газете "Московский комсомолец" о защите чести, достоинства и деловой репутации.
Поводом для обращения Бирюкова в суд послужили две статьи Хинштейна: "Лицензия на террор",
опубликованная 2 ноября 2001 года, и "Мандарины на белом снегу" от 4 декабря 2000 года. Бирюков счел
порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию ряд распространенных в публикациях сведений, в
частности о том, что чеченские боевики, "готовящие взрывы московских вокзалов" якобы находятся "под
защитой" Генеральной прокуратуры, а также о том, что именно по воле Бирюкова "на свободе" разгуливают
соратники полевого чеченского командира Бараева.
15 ноября 2002 г. в "МК" был опубликован материал архимандрита Филиппа (Жигулина), который в 1996 г.
был похищен в Чечне боевиками. Он, в частности, писал: "Когда Закаев был арестован в Дании и власти
нашего отечества стали требовать его выдачи, я подумал, что могу оказаться полезным. В конце концов я едва
ли не единственный потерпевший, кому посчастливилось остаться в живых... Я позвонил Владимиру
Устинову, но на месте его не оказалось. Поняв суть вопроса, секретарь Генерального прокурора связала меня с
приемной его первого заместителя Юрия Бирюкова. Дальнейшее не поддается никакому здравому смыслу. В
трубке отлично было слышно, как секретарша докладывает Бирюкову о моем звонке. "Я не знаю никакого отца
Филиппа", - ответствовал Бирюков. - А меня и не надо знать, - попытался объяснить я секретарю. - Скажите,
что я основной потерпевший по делу Закаева. Что я готов оказать посильную помощь прокуратуре. - Я этим
делом не занимаюсь, - был ответ Бирюкова".
18 августа 2003 г. в статье журналиста Романа Шлейнова "Петляющий вектор Генпрокуратуры",
опубликованной в "Новой газете", утверждалось, что Бирюков препятствует проведению расследования по
поступающим из комиссии Госдумы по борьбе с коррупцией материалам "в отношении крупных федеральных
чиновников". (РИА "Новости", 25 октября 2003)
В октябре 2003 г. Бирюков подал иск в Басманный суд Москвы. Он настаивал на взыскании с "Новой
газеты" 10 млн рублей и 1 млн рублей с автора материала. Суд частично удовлетворил иск, обязав ответчиков
– редакцию газеты и автора публикации – выплатить Бирюкову 600 тыс. рублей в солидарном порядке. (РИА
«Новости», 25 октября 2003 )
16 января 2004 г. газета "Коммерсантъ" опубликовала статью, в которой утверждалось, что в
Генпрокуратуре России должны были произойти кадровые перестановки. В частности, утверждалось, что в
отставку уйдут заместители генпрокурора Устинова Бирюков и Василий Колмогоров. Вакантные должности,
по мнению "Ъ", должны были занять два других заместителя Сергей Фридинский из Южного федерального
округа и Александр Звягинцев. Причиной отставки Бирюкова "Ъ" назвал скандал в Мосгорсуде 2 декабря 2003
г. Тогда судья Ольга Кудешкина обвинила в давлении на нее председателя суда Ольгу Егорову, заявив, что
последняя по поручению Бирюкова давала ей незаконные указания по ведению уголовного дела против
следователя МВД Павла Зайцева.(Коммерсантъ, 16 января 2004)
Прокурор Бирюков и его друзья Часть 1: Человек Березовского в прокуратуре (2002 год)
Деятельность Генеральной прокуратуры давно уже стала притчей во языцех для и для прессы и для простых обывателей. Не далее как год назад, 18 декабря 2001 года, на заседании комиссии по борьбе с коррупцией Государственной Думы, всерьез обсуждался вопрос об обращении к Президенту с предложением отправить в отставку генерального прокурора РФ Владимира Устинова и его заместителя Юрия Бирюкова за невыполнение возложенных на них обязанностей. За прошедшее время, заметим, мало что изменилось. Вполне возможно что к концу года единственным головокружительным успехом Генпрокуратуры станет героическая победа над писателем Лимоновым. Хотя и в этом многие сомневаются.
Своими удивительными достижениями, и связанным с ними общественным мнением, Генпрокуратура во многом обязана Юрию Бирюкову, которого называют «серым кардиналом» Большой Дмитровки.
Впрочем, вполне возможно, что на успешной биографии чиновника будет поставлен крест. Главной причиной этого называют давно уже тлеющий конфликт Бирюкова со своим непосредственным начальником (и вторым заместителем генпрокурора Колесниковым), который может прийти к своему логическому завершению на ближайшей Коллегии Генеральной Прокуратуры. Формальным поводом при этом должна послужить неразборчивость в связях заместителя генпрокурора.
О тесных контактах заместителя генерального прокурора с чеченской диаспорой и его участии в кавказском нефтяном бизнесе, прессой написано достаточно много. Однако за время работы на Северном Кавказе у общительного прокурора появились налаженные контакты и с самой одиозной фигурой новейшей российской истории – Борисом Березовским.
В бытность Бирюкова начальником главка Генеральной прокуратуры РФ по Северному Кавказу, секретарь совбеза Березовский не раз появлялся в Чечне для переговоров по освобождению заложников. Учитывая, что переговоры по транспортировке нефти и выдаче заложников Бирюков и Березовский проводили примерно с одними теми же людьми, их знакомство и последующее сотрудничество были просто неизбежны.
Поговаривают, что именно Березовский пролоббировал перевод Бирюкова в Москву. И это вполне оправдало себя. Дружба заместителя генерального прокурора и опального олигарха имеет достаточно много подтверждений. Год назад Бирюков принял отставку у следователя Волкова, который попортил так много крови Борису Абрамовичу в связи с делом об «Андаве» и Аэрофлоте.
Тогда же по просьбе Березовского Бирюков помог закрыть дело на министра МПС Аксененко, которому инкриминировали в хищения в особо крупных размерах. Бирюков давал Госдуме громкие обещания о том, что дело «дойдет до суда в ближайшее время". В результате, Аксененко ограничился отставкой.
Интересы Березовского Бирюков в той или иной степени защищал и в известной истории о мебельных фирмах «Гранд» и «Три кита», в результате чего дело было закрыто, а занимавшийся им следователь сам попал под обвинение. Однако вскоре следователь был оправдан, и делу вновь дали ход.
По слухам, после этого фиаско у Бирюкова серьезно испортились отношения с замдиректора ФСБ Юрием Заостровцевым, родственники которого имеют отношение к «Трем китам».
Ссора с «питерскими чекистами», возможно, будет иметь для Бирюкова самые тяжелые последствия. Не исключено, что именно ФСБ организовало утечку информации – расшифровку недавнего телефонного разговора Бориса Березовского с неким собеседником в Москве,
Вот некоторые выдержки из разговора:
- Ты получил, как договаривались?
- Да, Борис …
- Как видишь, я свое слово держу. Что у тебя? Когда я смогу приехать?
(пауза)
- Возникли проблемы…до Нового года не получается решить. Старший серьезно мешает… Я думаю, к марту все уладим.
- Со старшим будем в Москве разбираться. А к февралю нельзя?
- Борис, ты же знаешь, я тебя никогда не подводил…
Запись сегодня широко обсуждается в кулуарах Генпрокуратуры. Большинство сходится на том, что идет о разговоре Березовского с Юрием Бирюковым. «Старший», которого упоминается в разговоре – это непосредственный начальник Бирюкова Устинов. Сегодня генпрокурор форсирует расследование дело о хищениях на «Логовазе», в которых обвиняют Березовского. По видимому, речь идет о том, чтобы заместитель генерального прокурора посодействовал Борису Абрамовичу в закрытии дела.
Следует отметить, что по времени разговор совпадает с последней активизацией политической деятельности Березовского…Неприятности с партией «Либеральная России» требуют его присутствия в России.
То что, расшифровка разговора оказалась в Генпрокуратуре, без ее широкой огласки, позволяет сделать вывод о некой интриге, которую реализует ФСБ. Документ позволяет генпрокурору самому разобраться со своим не в меру ретивым заместителем, пока тот не разобрался с ним при помощи Березовского.
О конфликтах Бирюкова с его непосредственным начальником Устиновым по Генеральной прокуратуре ходят различные слухи. С одной стороны Бирюков обязан своему шефу назначением на высокий пост, которое помогло избежать расследования его чересчур активной коммерческой деятельности в Чечне.
Однако со времен совместной службы на Северном Кавказе интересы двух прокуроров разошлись. Участие в ряде громких коррупционных скандалах и криминальные связи Бирюкова, о которых сообщают СМИ, не только дискредитируют деятельность Генеральной прокуратуры, но и стали постоянным фактором риска для его шефа, вынужденного отвечать за все обвинения в адрес своего заместителя. С другой стороны, Бирюкова давно уже не устраивает слишком плотный контроль со стороны начальника и необходимость увязывать свои коммерческие аппетиты с требованиями Устинова.
Летом произошло происшествие, которое стало лакмусовой бумажкой, показывающей реальное отношение Бирюкова к своему шефу.
14 августа 2002 года Владимир Устинов отправился на совещание в Мордовию в бронированном спецвагоне поезда Москва — Саранск. Но до пункта назначения он не доехал — в пути генпрокурору стало плохо. Примерно в 2.40 поезд экстренно затормозил на полустанке Шилово (граница Рязанской области и Мордовии) —Устинов покинул вагон и отправился в местную больницу, где ему оказали первую помощь. По словам врачей, у прокурора резко подскочило артериальное давление. Он провел в лечебнице ночь, а в 7 утра вертолетом был доставлен в Центральную клиническую больницу.
Этому событию предшествовал неприятный инцидент. При выезде из Рязани поезд со спецвагоном генпрокурора неизвестные забросали камнями. Судя по всему, именно это нападение послужило причиной резкого ухудшения здоровья генпрокурора.
Организовать подобную акцию технически несложно - достаточно найти летом в Рязанской области пять хулиганов и камни. Трудно сказать, мог ли тот, кто санкционировал нападение, рассчитывать на госпитализацию Устинова, хотя о том, что в последние месяцы генпрокурор работал просто на износ, знали многие. В любом случае это могла быть акция устрашения, ведь нападавшие не побоялись напасть на бронированный вагон, понимая, что это - не простая электричка.
Версия о том, что Бирюков мог знать о готовящемся нападении, слишком фантастична, и даже явные недруги прокурора не рассматривают ее серьезно. Однако последствия госпитализации своего шефа Бирюков просчитал очень хорошо. Рассказывают, что во время недолгой болезни Устинова, Бирюков настойчиво пытался пробиться на прием к Президенту. Неизвестно, что он хотел сообщить Путину через голову (вернее, изголовье) своего начальника. Возможно, посетовать, что тот уже физически не может справляться со своими обязанностями.
Президент так и не принял Бирюкова, а вскоре на работу вышел Устинов с изрядно потрепанными нервами...
…Нужно отметить, что скандалы сопровождали Бирюкова на протяжении всей его карьеры. Так его имя упоминалось в связи с похищением и последующем убийством калмыцкой журналистки Елены Юдиной.
Назначение Бирюкова прокурором провинциальной Элисты можно считать началом отсчетом его эпической деятельности. О масштабах хищений в Калмыкии времен Кирсана Илюмжинова принято обычно умалчивать, как о стыдной и неизбежной болезни, тем более что времена эти еще не кончились. В годы щедрого раздаривания суверенитетов всем желающим, республиканская прокуратура, по идее, должна была оставаться одним из немногих органов, которые могли контролировать и пресекать нарушения федеральных законов местными баронами.
Однако исполнительный и сговорчивый прокурор предпочитал не ссориться с всемогущим Илюмжиновым. Именно во времена Бирюкова, пышным цветом расцвели в республике браконьерство и нелегальный нефтяной бизнес, не говоря уже о банальном расхищении федеральных дотаций. Нетрудно догадаться, что покладистость городского прокурора не могла оставаться без награды.
Наиболее сильно проявилась эта покладистость Бирюкова в скандальном деле Ларисы Юдиной. Юдина, главный редактор газеты «Советская Калмыкия сегодня» и сопредседатель регионального отделения «Яблока» Калмыкии была убита летом 1998 года.
Еще при жизни Юдина и ее коллеги из оппозиционных газет неоднократно писали письма городскому прокурору с просьбой защитить их от произвола властей. Ни на одно из писем Бирюков так и не ответил.
После убийства именно прокурор Бирюков приложил максимальные усилия, для того чтобы дело Юдиной было спущено на тормозах. Отчаявшись добиться правды от городской прокуратуры, коллеги Юдиной по партии «Яблоко» организовали независимое расследование дело, которым занялся Валерий Останин – бывший руководитель отдела по борьбе с организованной преступностью ГУВД Алтайского края.
Впрочем, скандал оставил определенное пятно и на биографии прокурора Элисты. По крайней мере, вскоре уступчивого прокурора переводят на Северный Кавказ, где его таланты находят себе лучшее применение. Хотя и о Калмыкии Бирюков не забыл.
Как утверждает Валерий Останин, расследование дела Юдиной тормозилось главком по Северному Кавказу Генеральной прокуратуры РФ, и, в частности, начальником главка Юрием Бирюковым, который, будучи в свое время прокурором Элисты, не предпринимал мер, когда Лариса Юдина была еще жива, и ее офис подвергался нападениям. «Нет сомнений в том, что именно Юрий Бирюков оказал давление на следственную бригаду, чтобы в отношении организаторов преступления были «отрублены концы», и на скамье подсудимых оказались лишь исполнители», – заявлял Валерий Останин.
В это время прокурор Бирюков уже налаживает нужные контакты на Северном Кавказе, в частности, знакомится с Владимиром Устиновым, который позже назначит его своим заместителем. Помимо Устинова у прокурора появляются и другие знакомства, благодаря которым его биография все больше начинает напоминать криминальные хроники.
Как утверждает пресса, Бирюков лично контролировал ряд подпольных нефтяных заводов на территории Чечни, а также обеспечивал прикрытие операций по вывозу нефти. Не случайно за все годы войны, множества терактов и взрывов ни разу не был взорван ни один бензовоз(!), идущий из Чечни в Ставрополье. Фактически чиновник прокуратуры стал связующим звеном между чеченскими бизнесменами-сепаратистами и заинтересованными кругами в столице. Насколько выгоден нефтяной бизнес, сметливый прокурор понял, еще работая в Элисте.
О качестве работы Генпрокуратуры в Чечне при Бирюкове говорить нет смысла - достаточно сопоставить количество терактов, случаев похищения людей и число раскрытых дел. Очевидно, что уступчивость и незлобивость прокурора пригодились и на Северном Кавказе, богатым своими традициями гостеприимства и коррупции.
Среди близких друзей и партнеров прокурора с тех пор числится председатель Госсовета Чечни, известный предприниматель Малик Сайдуллаев.
По информации из осведомленных источников, во время работы Бирюкова на Северном Кавказе Сайдуллаев присутствовал практически на всех переговорах прокурора с его чеченскими партнерами по нефтяному бизнесу. Именно благодаря рекомендациям Малика заместителю генпрокурора удалось познакомиться и наладить самые тесные контакты с представителями чеченской диаспоры в столице. При этом, судя по всему, Бирюков не забывает о своих друзьях по ту сторону фронта.
Однако новое руководство страны не оценило профессиональные достижения Бирюкова на Северном Кавказе, и летом 2000 года высокие покровители (о которых уже шла речь выше) помогли Бирюкову перебраться в Москву, причем с повышением. Он был назначен заместителем своего старого знакомого Устинова, который выразился в том смысле, что «большой опыт работы Бирюкова будет залогом эффективности его деятельности на новом посту». Насчет опыта он, к сожалению, оказался совершенно прав, если иметь в виду опыт прикрытия преступлений совершенных друзьями Бирюкова…
Так, например, Бирюков поучаствовал в судьбе Якова Голдовского, руководителя «Сибура», которого выпустили из-под стражи, несмотря на самые убедительные доказательства его вины. К этому можно добавить расследование дела о хищении средств АО «Газпром» через «Легпромбанк», которое успешно затягивается Бирюковым уже в течение двух лет.
По некоторым сведениям, с ведома и под эгидой заместителя генпрокурора был осуществлен захват «Легпромбанка» группировкой, хорошо известного в криминальных кругах Андрея Дробинина. Прежнее руководство банка, было буквально выдавлено из банка, причем не только из-за угроз физической расправы, но и благодаря тщательно организованному юридическому прессингу. Против членов совета директоров банка были единовременно заведены десятки уголовных дел, которые не имели под собой никаких оснований. Тем не менее, при помощи генпрокуратуры их все же удалось временно отстранить от руководства банком.
После того как захват банка был признан незаконным, Дробинин самолично избил судебного пристава, явившегося в помещение банка, и ныне объявлен розыск. Впрочем, в случае его ареста он наверняка сможет рассчитывать на помощь своего покровителя (и соучастника).
Вообще имидж «заступника обиженных» сопутствует Бирюкову в течение всей его работы на посту заместителя генпрокурора. Старинный друг Бирюкова Кирсан Илюмжинов во время самых тяжелых моментов своей последней избирательной кампании звонил «Юре» с просьбой «поговорить с кем надо». Неизвестно помогла ли тут помощь Бирюкова, но Илюмжинову, против которого были настроены почти все федеральные элиты, удалось пройти по острию ножа и переизбираться на третий срок. Впрочем, Бирюков и сам не лишен политических амбиций и любит порассуждать в узком кругу о том, что на месте «этого дурака Колмогорова» непременно бы выиграл выборы в Якутии.
Умение дружить с «уважаемыми людьми», как их называет сам Бирюков, никак не распространяется на подчиненных. Среди коллег из генпрокуратуры Бирюков слывет человек грубым, неуживчивым и властным, даже на фоне своего крутого шефа. О хамстве Бирюкова вспоминают все, кто вынуждены были уволиться из генеральной прокуратуры, но и те, кто остался, включая, ставленников Бирюкова относятся к нему без симпатии. Не зря по прокуратуре ходят слухи, что во время своей работы на Кавказе Бирюков любил лично присутствовать при допросах пленных боевиков. Как происходили подобные допросы можно только догадываться. Рассказывают и о случаях откровенного рукоприкладства со стороны Бирюкова.
Сослуживцам прокурора также хорошо известна его неразборчивость в любовных делах. В этом году в прессе уже писали о некой работнице генпрокуратуры с труднопроизносимой должностью - старший прокурор Третьего отдела управления по обеспечению участия прокуроров в судебном процессе по уголовным делам Генеральной прокуратуры - Ирине Хорлиной, которая любит козырять тем, что является любовницей Юрия Бирюкова, так же как до того была любовницей Колмогорова.
Пикантность ситуации состоит в том, что параллельно Хорлина хорошо и давно известна в криминальных кругах. Так, трижды судимый якутский «авторитет» Александр Сурнин любил впоследствии хвастаться в кругу друзей, как они проплатили перевод Хорлиной» в Генеральную прокуратуру России и теперь вместе с нею зарабатывают деньги на закрытии уголовных дел. Учитывая покладистый характер г-на Бирюкова в это нетрудно поверить.
Кстати, в связи с одной из таких операций в ближайшее время могут начаться серьезные разборки между якутским криминалитетом и Генпрокуратурой. Так, переданные через Хорлину из якутского воровского общака тридцать тысяч долларов, предназначенных на изменение приговора суда неоднократно судимого Григория Кайтаса (по кличке «Молдаван») растворились в неизвестном направлении.
Ирина Хорлина – далеко не единственная пассия Юрия Бирюкова. В любвеобильности заместитель генпрокурора не уступает знаменитому предшественнику своего шефа. Злые языки обвиняют его в склонности к садомазохистским утехам, осуществляемых в надежно проверенных помещениях – в этом отношении Бирюков ведет себя куда более осторожно чем Скуратов.
Впрочем, это не единственный порок бравого прокурора. По крайней мере, на определенные мысли наводит его тесная дружба со скандально известными депутатами Госдумы Коптевым-Дворниковым и Вульфом, а также тот факт, что на последнем дне рождении прокурора перед ошеломленными гостями выступал практически обнаженный Сергей Пенкин, в генеральской фуражке именинника…
Впрочем, все это кажется невинными шалостями высокого чиновника, по сравнению с остальными его московскими «подвигами», описанными в прессе: фактическим покровительством чеченским бандформированиям, развалом самых громких коррупционных дел и разрушительным влиянием на рабочую обстановку в самой Генпрокуратуре…
Прокурор Бирюков и его друзья Часть 2 : От Грозного до Москвы
Давно замечено, что биографии некоторых российских чиновников, будучи изложенными на бумаге, могут стать настоящим учебником отечественной коррупции (или хотя бы сценарием для очередного блокбастера). Хотя конечно лучше бы, если эти биографии становились судебными делами. Яркий пример тому - послужной список грозы московских журналистов заместителя генерального прокурора Юрия Бирюкова.
Совершив за последние пять лет стремительную карьеру и переместившись с поста прокурора провинциальной Элисты в кресло заместителя Генерального прокурора, Юрий Бирюков одновременно сумел стать одной из самых скандальных фигур в российской судебной власти, уступая в этой категории лишь легендарному Юрию Скуратову. Кстати, и об альковных подвигах неутомимого заместителя генпрокурора уже тоже написано немало…
В многочисленных газетных публикациях Бирюкова обвиняли и в пособничестве чеченским террористам, и в участии в отмывании денег, и в сокрытии преступлений и во многих других неприятных поступках. В любой другой стране скомпрометировавшего себя чиновника давно бы уже сняли, однако единственным последствием всех скандалов вокруг Бирюкова являются его бесконечные суды с «главным врагом», журналистом «Московского Комсомольца» Хинштейном, которые прокурор неизменно выигрывает. Согласитесь, трудно представить себе муниципальный суд, который позволит журналисту одержать вверх над заместителем генерального прокурора.
8 августа, ровно через два месяца после назначения Бирюкова произошел теракт на Пушкинской площади. Тринадцать человек погибло. Более пятидесяти получили ранения. Вскоре после произошел первый скандал, который чуть было не стоил прокурору Бирюкову его места.
Если бы тогда к этом скандалу отнеслись намного серьезнее, то возможно сегодня было намного меньше белых пятен в истории с захватом «Норд-Оста». По крайней мере, стало бы понятно, каким образом чеченские боевики, уже давно находящиеся в федеральном розыске, могут свободно перемещаться по Москве и другим городам России.
После взрыва оперативникам удалось выйти на след . Главной зацепкой стал телефонный разговор между исполнителем и заказчиком теракта. Выглядел разговор примерно так:
«…-Ты знаешь, где тротил нужно забрать?
... - На “Пушкинской” хороший был, да?
- Да, мне понравилось...»
Один из собеседников член банды Бараева, Зелимхан Ахмадов находился в этот момент в Чечне. Второго вычислили достаточно быстро - им оказался Микаил Бекмурзаев, также находящийся во всероссийском розыске.
Впрочем, это неприятное обстоятельство вовсе не мешало чеченцу разъезжать по Москве без документов, с одной лишь справкой, выданной заместителем Дорогомиловского межрайонного прокурора Мартемьяновым об утрате гр-ном Бекмурзаевым техпаспорта и прав.
Как только оперативники попытались арестовать Бекмуразаева, за него немедленно вступился все тот же зампрокурора Мартемьянова и увез его с собой в неизветном направлении. Только Бекмурзаева и видели.
Почему работник прокуратуры позволил себе нагло вмешаться в ход следствия, выяснилось довольно скоро. Боевик Бекмурзаев оказался человеком одного из самых главных деятелей кадыровской администрации Адлана Магомадова, к которому и отправились оперативники.
— Вы все будете уволены, — обещал Адлан Магомадов, когда к нему пришли с обыском. — Кто давал санкцию? Завтра он сожрет это постановление.
прочитать полностью
ДТП особого значения
По мнению прокуратуры, этот трагический инцидент "имеет большой общественный резонанс", а потому подход к нему должен быть особый. На самом деле, такие происшествия в столице случаются едва ли не каждый день. 18 августа 2002 года, под вечер, на Кутузовском проспекте мотоциклист по фамилии Улановский на огромной скорости ударил в заднее колесо старенького "Москвича". Столкновение было скользящим: водитель автомобиля не сразу понял, что случилось. Для мотоциклиста все закончилось печально. Роковую роль сыграла скорость. Тяжелую "Хонду" вначале швырнуло вбок, а потом двухколесная машина врезалась в ограждение тротуара. Смерть байкера была мгновенной. Первый же анализ крови погибшего показал: содержание алкоголя в крови погибшего говорило о тяжелой степени опьянения. Более того, исследование водительской "биографии" мотоциклиста показало, что тот и ранее не отличался законопослушностью. Так, в июне 1997 года потерпевший, управляя "Мерседесом", столкнулся с "Ауди", причем водитель этой машины погиб. Было возбуждено уголовное дело, но расследование прекратили "за недоказанностью".
Судить о виновности человека можно только на основе серьезных доказательств. Факт смерти мотоциклиста стал предметом уголовного разбирательства. Расследование обещало быть коротким. Нарушение пострадавшим правил дорожного движения не оставляло у экспертов Главного следственного управления при ГУВД Москвы сомнений в процессе восстановления картины случившегося. С точки зрения закона, второй участник столкновения, ветеран военной службы, мог спать спокойно. В материалах дела он числился свидетелем. Но почему-то заместитель Генерального прокурора РФ Юрий Бирюков счел заурядное ДТП со смертельным исходом "общественно важным".
Только на первый взгляд, вмешательство одного из руководителей могущественного силового ведомства в расследование ДТП выглядит странным. В реальности все объясняется довольно просто. Дело в том, что погибший мотоциклист оказался заместителем генерального директора компании "Главмосстройинвест" и сыном президента "Главмосстроя", заслуженного строителя России, академика Улановского. Отец, разгневанный поведением следователей, посчитавших младшего Улановского виновником ДТП, отправил в прокуратуру письменное обращение на бланке "Главмосстроя", в котором выдвинул две версии случившегося. Во-первых, по мнению Улановского-старшего, ДТП произошло исключительно по вине водителя "Москвича". Во-вторых, авария могла иметь "заказной, преднамеренный характер". Правда, как пишет академик, его "неоднократные встречи с руководителями ГСУ по необходимости отработки второй версии не возымели никакого результата". А значит, прокурор должен был "поручить передать данное уголовное дело для производства дальнейшего расследования в Следственный комитет при МВД РФ с возобновлением работы по нему оперативно-следственной группы, ранее созданной распоряжением по МВД". Постановление о прекращении уголовного дела, вынесенное ранее, было отменено. Дело было передано другой следственной группе. Дальнейшее следствие шло с ярко выраженным обвинительным уклоном. Результаты ранее проведенных экспертиз были аннулированы, а несчастному водителю "Москвича" - предъявлено обвинение. Правда, версию заказного убийства новая команда сыщиков всерьез рассматривать отказалась наотрез. Есть вещи, недоступные даже высоким чиновникам. Зато по 264 статье УК РФ "Нарушение правил дорожного движения (ПДД) и эксплуатации транспортных средств (ТС)" невезучему ветерану Вооруженных сил "светит" до пяти лет лишения свободы.
Второе дело, в котором вмешательство прокуратуры сыграло роковую роль, "общественно значимым" назвали российские СМИ. История человека, в одиночку выступившего против могущественной "тольяттинской" группировки, контролировавшей Южнопортовый столичный рынок автозапчастей, стала темой первых полос сразу нескольких федеральных изданий. "Дело Расыха Хамидуллина" больше всего напоминало типичный бандитский "наезд" времен начала девяностых. Единственное отличие скандального процесса состояло в том, что здесь на скамье подсудимых оказались не те, кто долгое время "прессовал" предпринимателя, а сам потерпевший.
Скандальным дело Хамидуллина стало уже в суде. А начиналось все, для нашего времени, довольно обычно. Как утверждал торговец запчастями, задавленный непомерными поборами, он однажды отказался платить ежемесячную тысячедолларовую дань своей "крыше". "Братки" из "тольяттинской" группировки некоего "Хохла", опекающие Южнопортовый рынок, организовали классический "наезд". Некоторое время Хамидуллину и его семье угрожали по телефону. Потом "бойцы" "Хохла" перешли к активным боевым действиям, избив Хамидуллина на глазах у жены и маленькой дочки. Постепенно Хамидуллин лишился всего: "тольяттинцы" отняли квартиру, дачу, претендовали на машину и жилье родителей бизнесмена.
Жаловаться было бесполезно. Все два года, пока бандиты "наезжали" на коммерсанта, он пытался найти защиту в милиции. Тогда, после очередного избиения, Хамидуллин решил защитить себя сам. У него было зарегистрированное охотничье ружье. Один раз ему повезло: около подъезда собственного дома выстрелами в воздух удалось отогнать от жены и дочки распоясавшихся "братков". А когда бандиты попытались ворваться в его квартиру, без крови не обошлось: на пороге своего дома торговец запчастями застрелил самого буйного из "бойцов" "Хохла".
Милиция сработала оперативно. Хамидуллин был задержан и препровожден в тюрьму. Вскоре прокурор Лефортовской прокуратуры вынес постановление о его аресте за умышленное убийство. Правда, с ним не согласился его коллега из Московской городской прокуратуры, квалифицировав действия бизнесмена как "необходимую самооборону". Но зам. Генерального прокурора РФ отменил постановление о прекращении уголовного дела. А Хамидуллин после повторного ареста прямо на скамье подсудимых вскрыл себе вены сломанным браслетом часов...
прочитать полностью
Материал подготовил Владимир Александров,
"Секретные материалы России" Источники: "Совершенно секретно", Dossie.ru, "Известия", "Коммерсант"
По мнению прокуратуры, этот трагический инцидент "имеет большой общественный резонанс", а потому подход к нему должен быть особый. На самом деле, такие происшествия в столице случаются едва ли не каждый день. 18 августа 2002 года, под вечер, на Кутузовском проспекте мотоциклист по фамилии Улановский на огромной скорости ударил в заднее колесо старенького "Москвича". Столкновение было скользящим: водитель автомобиля не сразу понял, что случилось. Для мотоциклиста все закончилось печально. Роковую роль сыграла скорость. Тяжелую "Хонду" вначале швырнуло вбок, а потом двухколесная машина врезалась в ограждение тротуара. Смерть байкера была мгновенной. Первый же анализ крови погибшего показал: содержание алкоголя в крови погибшего говорило о тяжелой степени опьянения. Более того, исследование водительской "биографии" мотоциклиста показало, что тот и ранее не отличался законопослушностью. Так, в июне 1997 года потерпевший, управляя "Мерседесом", столкнулся с "Ауди", причем водитель этой машины погиб. Было возбуждено уголовное дело, но расследование прекратили "за недоказанностью".
